Миссис Бартвик (резко). Бесполезно.
Это все равно звучит у меня в ушах.
Ничто так не расстраивает меня, как слезы ребенка.
Входит Марлоу.
Кто это плачет, Марлоу? Похоже, что ребенок, Бартвик.
И в самом деле ребенок.
Я вижу его у ограды.
Марлоу (открывая окно и выглядывая наружу, спокойно). Это сынишка миссис Джонс, мэм.
Он пришел сюда за матерью.
Миссис Бартвик (быстро подходя к окну). Бедный малыш! Джон, нам не следовало бы продолжать это дело! Бартвик (тяжело опускаясь в кресло). Да, но теперь оно уже не в наших руках.
Миссис Бартвик поворачивается спиной к окну.
На ее лице страдание.
Она стоит неподвижно, плотно сжав губы.
Плач начинается снова.
Бартвик закрывает уши руками.
Марлоу захлопывает окно.
Плач замирает.
Занавес ДЕЙСТВИЕ ТРЕТЬЕ Восемь дней спустя.
Лондонский полицейский суд.
Час дня.
Балдахин над креслом судьи увенчан изображением льва и единорога.
Судья, усталый, немолодой человек, греет перед камином свои фалды и рассматривает двух маленьких девочек, в выцветшем синем и оранжевом тряпье, стоящих перед скамьей подсудимых.
Возле ложи, куда вызывают свидетелей для дачи показаний, - инспектор попечительства о бедных.
